Спектакль Романа Муромцева по одноимённому роману-буфф Гузели Яхиной, посвященному Сергею Эйзенштейну.
«Поплачь, малютка мой, поплачь… Игрушечка моя ненаглядная, крохотулька-роднулька… Слёзки наши кап-кап и печальку цап-цап… Уходи, обидка, вот тебе калитка… Уходи, тоска, или дам тумака… На дворе февраль — уходи, печаль…»
Действующие лица: Эйзен — Дмитрий Честнов Оператор Эдуард Тиссэ/Волшебник — Алексей Кормилкин Гриша/Мама того самого гения — Ангелина Засенцева Пера/Корова/Очеловечившаяся камера «Debrie» — Екатерина Резникова Красный всадник революции (Володя) — Рада Беляева
ХУДОЖНИК: гжегож поняцкий художник по свету: Борис Кузнецов видеохудожник: Мария Фоменко звук: Максим Задерей режиссёр: Роман Муромцев
Права на постановку романа предоставлены агентством «Независимый театральный проект» (Москва)
Продолжительность: 2 часа 15 минут Возрастные ограничения: 18+
В спектакле присутствует ненормативная лексика
Спектакль создан в рамках лаборатории «Театр вне театра», организованной «Александринским театром».
ОТЗЫВЫ
«Через гротеск и провокационные образы Муромцев показывает, как личная драма, власть и эпоха формируют человека искусства — и как это самое искусство, несмотря ни на что, обретает бессмертие. Вообщем, моему восторгу нет предела, хотелось бы еще таких спектаклей».
«Роман (в стиле буфф) о кино в театре (славящимся своей провокативностью), с главным героем - гением и корифеем, полным противоречий как личность, - такая основа предполагает воплощение, в котором все будет гротеск. Театр - прежде всего зрелище, у режиссера Романа Муромцева всегда - полное интересных и неожиданных решений. Режиссеру удалось выдержать буффонаду на приемлемом уровне, не вынуждая актеров переигрывать: лишь нарочито искусственные парики кричат зрителю: не верь ничему, все маска и игра!»
«Спектакль построен на очень сильном гротеске, кажущемся порой даже перебором, но всё равно остающемся в выбранном жанре, достигая пика. От того, это весьма любопытная работа с несколькими сменами отношения с «очень нравится» до «очень нет» и обратно».
«Система координат заведомо известна. На сцене — привычно — непонятно, куда смотреть и что выделять: все загромождено вглубь и вширь разным хламом. Игрушечные жирафы, динозавры и львы, какие-то тазы, опрокинутый ряд кресел, велосипеды, голые пупсы. На экране парит чайка из «Броненосца», ее подстрелят, конечно же, и отправят в суп, не забыв обыграть «я чайка» — нет, «я лужа», обозначив тем самым конец старого искусства и начало нового, в котором лужа заменит индивидуальность. Зверюшкам в какой-то момент понадкусывают головы, пупсов — детей эпохи — кинут в топку революции (металлическая бочка, тлеющая изнутри), на велики мушкетеры вскочат, отправляясь писать диалектику советского села в «Старом и новом».
«Самое сильное театральное (эстетическое, художественное, социальное, историческое, гуманистическое…) впечатление этого (всякого?) сезона. Абсурдно-балаганная сказка о художнике в волшебной стране».
«Для меня — один из лучших спектаклей сезона. Режиссер Роман Муромцев и его артисты (вновь) через комическую стихию (с упоительной клоунадой и захватывающим трюкачеством) выстраивают трагическое высказывание о конфликте художника и власти, о новом — сметающем с ног, заставляющем остолбенеть — времени».